Лука крымский биография

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий): врач, лечивший обычных людей, многие из которых живы и сейчас; профессор, читавший лекции обычным студентам, ныне практикующим врачам. Политзаключенный, прошедший ссылки, тюрьмы и пытки и… ставший лауреатом Сталинской премии. Хирург, спасший от слепоты сотни людей и сам потерявший зрение в конце жизни. Гениальный врач и талантливый проповедник, порой метавшийся между этими двумя призваниями. Христианин огромной силы воли, честности и безбоязненной веры, но не избежавший серьезных ошибок на своем пути. Реальный человек. Пастырь. Ученый. Святой…

Святитель Лука пока не так широко известен, как патриарх Тихон или преподобномученица великая княгиня Елисавета. Мы предлагаем вниманию читателя наиболее яркие факты его необыкновенной биографии, которой, кажется, вполне хватило бы на несколько жизней.


 «Я не вправе заниматься тем, что мне нравится»

О медицине будущий «святой хирург» никогда не мечтал. Зато с детства мечтал о профессии художника. Окончив Киевскую художественную школу и проучившись некоторое время живописи в Мюнхене,

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) вдруг… подает документы на медицинский факультет Киевского университета. «Недолгие колебания кончились решением, что я не вправе заниматься тем, что мне нравится, но обязан заниматься тем, что полезно для страдающих людей», — вспоминал архиепископ Лука.

В университете он приводил в изумление студентов и профессоров своим принципиальным пренебрежением к карьере и личным интересам. Уже на втором курсе Валентина прочили в профессоры анатомии (художественные навыки ему тут как раз и пригодились), но после окончания университета этот прирожденный ученый объявил, что будет… земским врачом — занятие самое непрестижное, тяжелое и малоперспективное. Товарищи по курсу недоумевали! А владыка Лука потом признается: «Я был обижен тем, что они меня совсем не понимают, ибо я изучал медицину с исключительной целью быть всю жизнь деревенским, мужицким врачом, помогать бедным людям».

«Слепых делает зрячими…»

Операциям на глазах Валентин Феликсович стал учиться сразу после выпускных экзаменов, зная, что в деревне с ее грязью и нищетой свирепствует болезнь-ослепительница — трахома. Приема в больнице ему казалось недостаточно, и он стал приводить больных к себе домой. Они лежали в комнатах, как в палатах, Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) лечил их, а его мать — кормила.


Однажды после операции у него прозрел молодой нищий, потерявший зрение еще в раннем детстве. Месяца через два он собрал слепых со всей округи, и вся эта длинная вереница пришла к хирургу Войно-Ясенецкому, ведя друг друга за палки.

В другой раз епископ Лука прооперировал целую семью, в которой слепыми от рождения были отец, мать и пятеро их детей. Из семи человек после операции шестеро стали зрячими. Прозревший мальчик лет девяти впервые вышел на улицу и увидел мир, представлявшийся ему совсем по-иному. К нему подвели лошадь: «Видишь? Чей конь?» Мальчик смотрел и не мог ответить. Но привычным движением ощупав коня, закричал радостно: «Это наш, наш Мишка!»

Гениальный хирург обладал невероятной работоспособностью. С приходом Войно-Ясенецкого в больницу Переславля-Залесского число проводимых операций возросло в несколько раз! Спустя время, в 70-х годах врач этой больницы с гордостью докладывал: делаем полторы тысячи операций в год — силами 10-11 хирургов. Внушительно. Если не сравнивать с 1913 годом, когда один Войно-Ясенецкий делал в год тысячу операций…

Регионарная анестезия

В то время больные зачастую умирали не в результате неудачного оперативного вмешательства, а попросту не перенеся наркоза. Поэтому многие земские врачи отказывались либо от наркоза при операциях, либо от самих операций!


Архиепископ Лука посвятил свою диссертацию новому методу обезболивания — регионарной анестезии (степень доктора медицины он получил именно за эту работу). Регионарная анестезия — самая щадящая по последствиям по сравнению с обычной местной и тем более общей анестезией, однако — самая сложная по исполнению: укол при этом способе делается в строго определенные участки тела — по ходу нервных стволов. В 1915 году вышла в свет книга Войно-Ясенецкого на эту тему, за нее будущему архиепископу была присуждена премия Варшавского университета.

Женитьба… и монашество

Когда-то в молодости будущего архиепископа пронзили в Евангелии слова Христа: «Жатвы много, а делателей мало». Но о священстве, и тем более о монашестве, он помышлял, вероятно, еще меньше, чем в свое время о медицине. Работая во время русско-японской войны на Дальнем Востоке, военно-полевой хирург Войно-Ясенецкий женился на сестре милосердия — «святой сестре», как ее называли коллеги, — Анне Васильевне Ланской. «Она покорила меня не столько своей красотой, сколько исключительной добротой и кротостью характера. Там два врача просили ее руки, но она дала обет девства. Выйдя за меня замуж, она нарушила этот обет. За нарушение его Господь тяжело наказал ее невыносимой, патологической ревностью…»

Женившись, Валентин Феликсович вместе с супругой и детьми переселялся из города в город, работая земским врачом. Радикальных перемен в жизни ничто не предвещало.


Но однажды, когда будущий святитель приступил к написанию книги «Очерки гнойной хирургии» (за которую в 1946 году ему и дали Сталинскую премию), вдруг у него появилась крайне странная, неотвязная мысль: «Когда эта книга будет написана, на ней будет стоять имя епископа». Так впоследствии и случилось.

В 1919 году, в возрасте 38 лет, умерла от туберкулеза жена Войно-Ясенецкого. Четверо детей будущего архиепископа остались без матери. А для их отца открылся новый путь: через два года он принял священнический сан, а еще через два — монашеский постриг, с именем Лука.

«Валентина Феликсовича больше нет…»

В 1921 году, в разгар Гражданской войны, Войно-Ясенецкий появился в больничном коридоре… в рясе и с наперсным крестом на груди. Оперировал в тот день и в последующем, конечно, без рясы, а как обычно, в медицинском халате. Ассистенту, который обратился к нему по имени-отчеству, ответил спокойно, что Валентина Феликсовича больше нет, есть священник отец Валентин. «Надеть рясу в то время, когда люди боялись упоминать в анкете дедушку-священника, когда на стенах домов висели плакаты: “Поп, помещик и белый генерал — злейшие враги Советской власти”, — мог либо безумец, либо человек безгранично смелый. Безумным Войно-Ясенецкий не был…» — вспоминает бывшая медсестра, работавшая с отцом Валентином.

Лекции студентам он читал также в священническом облачении, в облачении же являлся на межобластное совещание врачей… Перед каждой операцией молился, благословлял больных.
о коллега вспоминает: «Неожиданно для всех прежде чем начать операцию, Войно-Ясенецкий перекрестился, перекрестил ассистента, операционную сестру и больного. В последнее время он это делал всегда, вне зависимости от национальности и вероисповедания пациента. Однажды после крестного знамения больной — по национальности татарин — сказал хирургу: „Я ведь мусульманин. Зачем же Вы меня крестите?“ Последовал ответ: „Хоть религии разные, а Бог один. Под Богом все едины“.

Однажды в ответ на приказ властей убрать из операционной икону главврач Войно-Ясенецкий ушел из больницы, сказав, что вернется только тогда, когда икону повесят на место. Конечно, ему отказали. Но вскоре после этого в больницу привезли больную жену партийного начальника, нуждавшуюся в срочной операции. Та заявила, что будет оперироваться только у Войно-Ясенецкого. Местным начальникам пришлось пойти на уступки: вернулся епископ Лука, а на следующий после операции день вернулась и изъятая икона.

Диспуты

Войно-Ясенецкий был превосходным и бесстрашным оратором — оппоненты побаивались его. Однажды, вскоре после рукоположения, он выступал в Ташкентском суде по «делу врачей», которых обвиняли во вредительстве. Руководитель ЧК Петерс, известный своей жестокостью и беспринципностью, решил устроить из этого сфабрикованного дела показательный процесс. Войно-Ясенецкий был вызван в качестве эксперта-хирурга, и, защищая осужденных на расстрел коллег, разбил доводы Петерса в пух и прах.
дя, что триумф ускользает из его рук, выведенный из себя чекист набросился на самого отца Валентина:
— Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днем людей режете?
— Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей вы, гражданин общественный обвинитель? — парировал тот.
Зал разразился хохотом и аплодисментами!
Петерс не сдавался:
— Как это вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве вы видели своего Бога?
— Бога я действительно не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил.
Колокольчик председателя потонул в хохоте всего зала. «Дело врачей» с треском провалилось…

11 лет тюрем и ссылок

В 1923 году Луку (Войно-Ясенецкого) арестовали по нелепому стандартному подозрению в «контрреволюционной деятельности» — неделю спустя после того, как он был тайно рукоположен в епископы. Это стало началом 11 лет тюрем и ссылок. Владыке Луке дали проститься с детьми, посадили в поезд… но тот минут двадцать не трогался с места. Оказывается, поезд не мог двинуться, потому что толпа народа легла на рельсы, желая удержать епископа в Ташкенте…

В тюрьмах епископ Лука делился теплой одеждой со «шпаной» и получал в ответ доброе отношение даже воров и бандитов.
тя иной раз уголовники его грабили и оскорбляли…
А однажды во время следования по этапу, на ночлеге, профессору пришлось произвести операцию молодому крестьянину. «После тяжелого остеомиелита, никем не леченного, у него торчала из зияющей раны в дельтовидной области вся верхняя треть и головка плечевой кости. Нечем было перевязать его, и рубаха, и постель его всегда были залиты гноем. Я попросил найти слесарные щипцы и ими без всякого затруднения вытащил огромный секвестр (омертвевший участок кости — авт.)»


«Мясник! Зарежет больного!»

Епископа Луку ссылали на Север трижды. Но и там он продолжал работать по своей медицинской специальности.

Однажды, только прибыв по этапу в город Енисейск, будущий архиепископ пошел прямо в больницу. Представился заведующему больницей, назвав свое монашеское и мирское (Валентин Феликсович) имя, должность, просил разрешения оперировать. Заведующий сперва даже принял его за сумасшедшего и, чтобы отделаться, схитрил: «У меня плохой инструмент — нечем делать». Однако хитрость не удалась: посмотрев инструментарий, профессор Войно-Ясенецкий, конечно, дал ему реальную — довольно высокую — оценку.

На ближайшие дни была назначена сложная операция… Едва начав ее, первым широким и стремительным движением Лука рассек скальпелем брюшную стенку больного. «Мясник! Зарежет больного», — промелькнуло в голове у заведующего, ассистировавшего хирургу. Лука заметил его волнение и сказал: «Не беспокойтесь, коллега, положитесь на меня». Операция прошла превосходно.


Позже заведующий признался, что испугался в тот раз, но впоследствии поверил в приемы нового хирурга. «Это не мои приемы, — возразил Лука, — а приемы хирургии. У меня же просто хорошо натренированные пальцы. Если мне дадут книгу и попросят прорезать скальпелем строго определенное количество страниц, я прорежу именно столько и ни одним листком больше». Ему тут же была принесена стопка папиросной бумаги. Епископ Лука ощупал ее плотность, остроту скальпеля и резанул. Пересчитали листочки — порезано было ровно пять, как и просили…

 

Ссылка на Ледовитый океан

Самая жестокая и далекая ссылка епископа Луки — «На Ледовитый океан!», как выразился в приступе гнева местный начальник. Владыку конвоировал молодой милиционер, который признался ему, что чувствует себя Малютой Скуратовым, везущим митрополита Филиппа в Отроч монастырь. Милиционер не повез ссыльного на самый океан, а доставил в местечко Плахино, за 200 километров от Полярного круга. В глухом поселке стояло три избы, в одной из них и поселили владыку. Он вспоминал: «Вместо вторых рам были снаружи приморожены плоские льдины. Щели в окнах не были ничем заклеены, а в наружном углу местами виден сквозь большую щель дневной свет. На полу в углу лежала куча снега. Вторая такая же куча, никогда не таявшая, лежала внутри избы у порога входной двери. <…> Весь день и ночь я топил железную печку. Когда сидел тепло одетым за столом, то выше пояса было тепло, а ниже — холодно»…


Однажды в этом гиблом месте епископу Луке пришлось крестить двух детей совершенно необычным образом: «В станке кроме трех изб, было два человеческих жилья, одно из которых я принял за стог сена, а другое — за кучу навоза. Вот в этом последнем мне и пришлось крестить. У меня не было ничего: ни облачения, ни требника, и за неимением последнего я сам сочинил молитвы, а из полотенца сделал подобие епитрахили. Убогое человеческое жилье было так низко, что я мог стоять только согнувшись. Купелью служила деревянная кадка, а всё время совершения Таинства мне мешал теленок, вертевшийся возле купели»…

 

Клопы, голодовка и пытки

В тюрьмах и ссылках владыка Лука не терял присутствия духа и находил в себе силы для юмора. Он рассказывал о заключении в Енисейской тюрьме, во время первой ссылки: «Ночью я подвергся такому нападению клопов, которого нельзя было и представить себе. Я быстро заснул, но вскоре проснулся, зажег электрическую лампочку и увидел, что вся подушка и постель, и стены камеры покрыты почти сплошным слоем клопов. Я зажег свечу и начал поджигать клопов, которые стали падать на пол со стен и постели. Эффект этого поджигания был поразительным. Через час поджигания в камере не осталось ни одного клопа. Они, по-видимому, как-то сказали друг другу: «Спасайтесь, братцы! Здесь поджигают!» В последующие дни я больше не видел клопов, они все ушли в другие камеры».


Конечно, не на одном чувстве юмора держался епископ Лука. «В самое трудное время, — писал владыка, — я очень ясно, почти реально ощущал, что рядом со мной Сам Господь Бог Иисус Христос, поддерживающий и укрепляющий меня».

Однако было время, когда он и роптал на Бога: слишком долго не кончалась тяжелая северная ссылка… А во время третьего ареста, в июле 1937 года, епископ доходил почти до отчаяния от мучений. К нему применили жесточайшую пытку — 13-дневный «допрос конвейером». Во время этого допроса сменяются следователи, арестанта же днем и ночью держат практически без сна и отдыха. Епископа Луку били сапогами, сажали в карцер, содержали в ужасающих условиях…

Трижды он объявлял голодовку, пытаясь таким образом протестовать против беззаконий властей, против нелепых и оскорбительных обвинений. Однажды он даже предпринял попытку перерезать себе крупную артерию — не с целью самоубийства, а чтобы попасть в тюремную больницу и получить хоть какую-то передышку. Изможденный, он падал в обморок прямо в коридоре, терял ориентацию во времени и пространстве…

«Ну уж нет, извините, никогда не забуду!»

С началом Великой Отечественной войны ссыльный профессор и епископ был назначен главным хирургом эвакогоспиталя в Красноярске, а потом — консультантом всех красноярских госпиталей. «Раненые офицеры и солдаты очень любили меня, — вспоминает владыка. — Когда я обходил палаты по утрам, меня радостно приветствовали раненые. Некоторые из них, безуспешно оперированные в других госпиталях по поводу ранения в больших суставах, излеченные мною, неизменно салютовали мне высоко поднятыми прямыми ногами».

После, получив, словно подачку, медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—45 гг.», архиепископ произнес ответную речь, от которой у партработников волосы встали дыбом: «Я вернул жизнь и здоровье сотням, а может, и тысячам раненых и наверняка помог бы еще многим, если бы вы не схватили меня ни за что ни про что и не таскали бы одиннадцать лет по острогам и ссылкам. Вот сколько времени потеряно и сколько людей не спасено отнюдь не по моей вине». Председатель облисполкома стал было говорить, мол, надо забыть прошлое и жить настоящим и будущим, на что владыка Лука ответил: «Ну нет уж, извините, не забуду никогда!»

Страшный сон

В 1927 году епископ Лука совершил ошибку, о которой впоследствии очень сильно жалел. Он просил об увольнении на покой и, пренебрегая пастырскими обязанностями, стал заниматься почти исключительно медициной — он мечтал основать клинику гнойной хирургии. Епископ даже стал носить гражданскую одежду и в Министерстве здравоохранения получил должность консультанта при андижанской больнице…

С этих пор жизнь его разладилась. Он переезжал с места на место, операции бывали неудачными, епископ Лука признавался: он чувствует, что его оставила Божья благодать…

Однажды ему приснился невероятный сон: «Мне снилось, что я в маленькой пустой церкви, в которой ярко освещен только алтарь. В церкви неподалеку от алтаря у стены стоит рака какого-то преподобного, закрытая тяжелой деревянной крышкой. В алтаре на престоле положена широкая доска, и на ней лежит голый человеческий труп. По бокам и позади престола стоят студенты и врачи и курят папиросы, а я читаю им лекции по анатомии на трупе. Вдруг я вздрагиваю от тяжелого стука и, обернувшись, вижу, что упала крышка с раки преподобного, он сел в гробу и, повернувшись, смотрит на меня с немым укором… Я с ужасом проснулся…»

Впоследствии епископ Лука совмещал церковное служение с работой в больницах. В конце жизни был назначен в Крымскую епархию и делал все, чтобы в тяжелейшую хрущевскую эпоху не угасла церковная жизнь.

Архиерей в заплатанной рясе

Даже став в 1942 году архиепископом, святитель Лука питался и одевался очень просто, ходил в заплатанной старой рясе и всякий раз, когда племянница предлагала ему сшить новую, говорил: «Латай, латай, Вера, бедных много». Софья Сергеевна Белецкая, воспитательница детей владыки, писала его дочери: «К сожалению, папа опять одет очень плохо: парусиновая старая ряса и очень старый, из дешевой материи подрясник. И то, и другое пришлось стирать для поездки к Патриарху. Здесь все высшее духовенство прекрасно одето: дорогие красивые рясы и подрясники прекрасно сшиты, а папа… хуже всех, просто обидно…»

Архиепископ Лука всю жизнь был чуток к чужим бедам. Большую часть своей Сталинской премии он пожертвовал на детей, пострадавших от последствий войны; устраивал обеды для бедных; ежемесячно рассылал денежную помощь гонимым священнослужителям, лишенным возможности зарабатывать на хлеб. Однажды он увидел на ступеньках больницы девочку-подростка с маленьким мальчиком. Выяснилось, что их отец умер, а мать надолго положили в больницу. Владыка повел детей к себе домой, нанял женщину, которая приглядывала за ними, пока не выздоровела их мать.
«Главное в жизни — делать добро. Если не можешь делать для людей добро большое, постарайся совершить хотя бы малое», — говорил Лука.

«Вредный Лука!»

Как человек, святитель Лука был строг и требователен. Он нередко запрещал в служении неподобающе ведущих себя священников, лишал некоторых сана, строго запрещал крестить детей с неверующими восприемниками (крестными), не терпел формального отношения к служению и подхалимства перед властями. «Вредный Лука!» — воскликнул как-то уполномоченный, узнав, что тот лишил сана очередного священника (за двоеженство).

Но архиепископ умел и признавать свои ошибки… Сослуживший ему в Тамбове протодиакон отец Василий рассказывал такую историю: в храме был пожилой прихожанин, кассир Иван Михайлович Фомин, он читал на клиросе Часы. Читал плохо, неверно произносил слова. Архиепископу Луке (тогда возглавлявшему Тамбовскую кафедру) приходилось постоянно его поправлять. В один из дней, после службы, когда владыка Лука в пятый или шестой раз объяснял упрямому чтецу, как произносятся некоторые церковнославянские выражения, произошла неприятность: эмоционально размахивая богослужебной книгой, Войно-Ясенецкий задел Фомина, а тот объявил, что архиерей ударил его, и демонстративно перестал посещать храм… Через короткое время глава Тамбовской епархии, надев крест и панагию (знак архиерейского достоинства), через весь город отправился к старику просить прощения. Но обиженный чтец… не принял архиепископа! Спустя время владыка Лука пришел снова. Но Фомин не принял его и во второй раз! «Простил» он Луку лишь за несколько дней до отъезда архиепископа из Тамбова.

Мужество

В 1956 году архиепископ Лука полностью ослеп. Он продолжал принимать больных, молясь об их выздоровлении, и его молитвы творили чудеса.

Святитель скончался в Симферополе рано утром 11 июня 1961 года, в воскресение, в день Всех святых, в земле Российской просиявших.

Власти сделали все, чтобы похороны не стали «церковной пропагандой»: подготовили к публикации большую антирелигиозную статью; запретили пешую процессию от собора до кладбища, сами подогнали автобусы для провожающих владыку и велели ехать по окраине города. Но случилось непредвиденное. Никто из прихожан не сел в приготовленные автобусы. На дышащего злобой и угрозами уполномоченного по делам религии никто не обращал внимания. Когда катафалк с гробом двинулся прямо на верующих, регент собора, Анна, крикнула: «Люди, не бойтесь! Он нас не задавит, они не пойдут на это — хватайтесь за борт!» Люди тесным кольцом обступили машину, и она смогла тронуться только с очень небольшой скоростью, так что получилась пешая процессия. Перед поворотом на окраинные улицы женщины легли на дорогу, так что машине пришлось ехать через центр. Центральная улица наполнилась народом, движение прекратилось, пешая процессия продолжалась три часа, люди всю дорогу пели «Святый Боже». На все угрозы и уговоры функционеров отвечали: «Мы хороним нашего архиепископа»…

Его мощи были обретены 22 ноября 1995 года. В том же году определением Синода Украинской Православной Церкви архиепископ Лука был причислен к лику местночтимых святых. А в 2000 году Архиерейский Собор Русской Православной Церкви прославил священноисповедника Луку в сонме новомучеников и исповедников Российских XX века.

 

Послушать:

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) — профессор, врач, архиепископ

Читайте также другие материалы о святителе Луке на сайте «Фомы»

foma.ru

Молодые годы архиепископа Луки Войно-Ясенецкого

Святитель Лука, епископ Крымский (в миру — Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий), родился в Керчи 27 апреля 1877 года. С детства он интересовался живописью, посещая рисовальную школу, где демонстрировал немалые успехи. По окончании гимназического курса будущий святитель поступил в университет на юридический факультет, но через год прекратил занятия, оставив учебное заведение. Далее он пробовал заниматься в Мюнхенской школе живописи, однако и в этой сфере молодой человек не нашел своего призвания.мощи луки крымского

Всем сердцем стремясь принести пользу ближним, Валентин принял решение поступить в Киевский университет на медицинский факультет. С первых лет занятий он увлекся анатомией. Окончив учебное учреждение с отличием и получив специальность хирурга, будущий святой сразу начал практическую медицинскую деятельность, преимущественно в глазной хирургии.

Чита

В 1904 году началась русско-японская война. В.Ф. Войно-Ясенецкий отправился на Дальний Восток в качестве добровольца. В Чите он работал в госпитале Красного Креста, где вел практическую врачебную деятельность. Возглавив хирургическое отделение, он успешно оперировал раненых солдат. Вскоре молодой врач встретил свою будущую жену — Анну Васильевну, работавшую в госпитале сестрой милосердия. В браке у них родилось четверо детей.

С 1905 по 1910 год будущий святитель трудился в различных уездных больницах, где ему приходилось вести самую разнообразную врачебную деятельность. В это время началось широкое использование общей анестезии, но для выполнения операций под общим наркозом не хватало необходимого оборудования и специалистов — анестезиологов. Заинтересовавшись альтернативными способами обезболивания, молодой врач открыл новый метод анестезии седалищного нерва. Впоследствии он представил свои исследования в виде диссертации, которую успешно защитил.

Переславль-Залесский

В 1910 году молодая семья переехала в город Переславль-Залесский, где будущий святитель Лука работал в крайне тяжелых условиях, совершая по несколько операций ежедневно. Вскоре он принял решение заняться изучением гнойной хирургии и стал активно работать над написанием диссертации.

В 1917 году начинаются страшные потрясения в отечестве — политическая нестабильность, повсеместное предательство, начало кровопролитной революции. Кроме того, супруга молодого хирурга заболевает туберкулезом. Семья переезжает в город Ташкент. Здесь Валентин Феликсович занимает должность заведующего хирургическим отделением местной больницы. В 1918 году был открыт Ташкентский государственный университет, в котором врач преподает топографическую анатомию и хирургию.святой лука крымский

Ташкент

Во время гражданской войны хирург жил в Ташкенте, где все силы отдавал врачеванию, ежедневно совершая по несколько операций. Во время работы будущий святитель всегда горячо молился Богу о помощи в совершении дела спасения человеческих жизней. В операционной всегда находилась икона, а перед ней висела лампада. У врача был благочестивый обычай: перед операцией он всегда прикладывался к иконам, затем зажигал лампаду, совершал молитву, а уже потом приступал к делу. Врач отличался глубокой верой и религиозностью, что и привело его к решению принять священнический сан.

Здоровье А.В. Войно-Ясенецкой стало ухудшаться — она умерла в 1918 году, оставив на попечение супруга четверых маленьких детей. После смерти жены будущий святитель стал еще активнее участвовать в церковной жизни, посещая храмы Ташкента. В 1921 году Валентина Феликсовича рукоположили в сан дьякона, а затем — священника. Отец Валентин стал настоятелем храма, в котором всегда очень живо и усердно проповедовал Слово Божие. Многие коллеги относились с нескрываемой иронией к его религиозным убеждениям, считая, что ученая деятельность успешного хирурга с принятием сана завершилась окончательно.

В 1923 году отец Валентин принял монашеский постриг с новым именем Лука, а вскоре облачился в епископский сан, что вызвало бурную негативную реакцию со стороны ташкентских властей. Через некоторое время святитель был арестован и заключен в тюрьму. Начался длительный период ссылок.

Десять лет в неволе

Два месяца после ареста будущий святой Лука Крымский находился в тюрьме Ташкента. Затем его переправили в Москву, где произошла знаменательная встреча святителя с патриархом Тихоном, заключенным в Донском монастыре. В разговоре Патриарх убеждает епископа Луку не оставлять врачебную деятельность.

Вскоре святителя вызвали в здание ЧК КГБ на Лубянке, где он подвергся жестоким методам допроса. После вынесения приговора святитель Лука был отправлен в Бутырскую тюрьму, где он находился в нечеловеческих условиях на протяжении двух месяцев. Затем его перевели в Таганскую тюрьму (до декабря 1923 года). Далее последовал целый ряд репрессий: в самый разгар суровой зимы святого отправили в ссылку в Сибирь в далекий Енисейск. Здесь он был поселен в доме местного состоятельного жителя. Епископу была выделена отдельная комната, в которой он продолжал вести врачебную деятельность.

По прошествии некоторого времени святитель Лука получил разрешение оперировать в Енисейской больнице. В 1924 году он совершил сложнейшую беспрецедентную операцию по пересадке почки от животного человеку. В качестве «награды» за труды местные власти выслали талантливого хирурга в маленькую деревушку Хаю, где святитель Лука продолжал врачебную деятельность, стерилизуя инструменты в самоваре. Святитель не унывал — как напоминание о несении жизненного креста с ним рядом всегда находилась икона.

Святой Лука Крымский следующим летом вновь был переведен в Енисейск. После короткого тюремного заключения его вновь допустили к врачебной деятельности и к церковному служению в местном монастыре.

Советские власти стремились всеми силами помешать растущей популярности епископа-хирурга среди простого народа. Было принято решение о его ссылке в Туруханск, где были очень сложные природные и погодные условия. В местной больнице святитель принимал пациентов и продолжал хирургическую деятельность, оперируя перочинным ножом, а в качестве хирургического шовного материала использовал волосы больных.

В этот период он служил в маленьком монастыре на берегу Енисея, в храме, где находились мощи святителя Василия Мангазейского. К нему приходили толпы народа, находя в нем истинного целителя души и тела. В марте 1924 года святителя вновь вызывают в Туруханск для возобновления врачебной деятельности. По окончании срока заключения епископ вернулся в Ташкент, где вновь взял на себя обязанности архиерея. Будущий святой Лука Крымский вел врачебную деятельность на дому, привлекая к себе не только больных, но и многих студентов-медиков.икона святого луки значение

В 1930 году святитель Лука был вновь арестован. После вынесения обвинительного приговора святитель провел целый год в Ташкентской тюрьме, подвергаясь всевозможным пыткам и допросам. Тяжелые испытания в то время перенес святой Лука Крымский. Молитва, ежедневно возносимая Господу, давала ему духовные и физические силы для перенесения всех невзгод.

Затем было принято решение переправить епископа в ссылку на север России. Все время пути в Котлас сопровождавшие солдаты конвоя издевались над святым, плевали ему в лицо, глумились и насмехались.

Первое время епископ Лука трудился в пересыльном лагере «Макариха», в котором отбывали срок люди, ставшие жертвами политических репрессий. Условия поселенцев были нечеловеческими, многие от отчаяния решались на самоубийство, люди страдали от массовых эпидемий различных болезней, и им не оказывали никакой медицинской помощи. Святитель Лука вскоре был переведен для работы в больницу Котласа, получив разрешение оперировать. Далее архиепископа отправили в Архангельск, где он находился до 1933 года.

«Очерки гнойной хирургии»

В 1933 г. Лука вновь возвратился в родной Ташкент, где его ждали повзрослевшие дети. До 1937 г. святитель занимается научной деятельностью в области гнойной хирургии. В 1934 г. он выпускает знаменитый труд под названием «Очерки гнойной хирургии», до сих пор являющийся учебником для хирургов. Многие свои достижения святитель так и не успел опубликовать, препятствием чему стали очередные сталинские репрессии.святые мощи луки крымского

Новые гонения

В 1937 году епископ вновь был арестован по обвинению в убийстве людей, подпольной контрреволюционной деятельности и заговоре с целью уничтожения Сталина. Некоторые его коллеги, арестованные вместе с ним, дали ложные показания против епископа под давлением. В течение тринадцати суток святителя подвергали допросам, пыткам. После того как епископ Лука не подписал признания, его вновь подвергли конвейерному допросу.

В течение следующих двух лет он находился в Ташкентской тюрьме, периодически подвергаясь агрессивным допросам. В 1939 году его приговорили к ссылке в Сибирь. В селе Большая Мурта Красноярского Края епископ работал в местной больнице, оперируя многочисленных больных в невероятно сложных условиях. Тяжелые месяцы и годы, полные лишений и невзгод, достойно вынес будущий святой — епископ Лука Крымский. Молитвы, приносимые им за свою духовную паству, помогали многим верующим в те непростые времена.

Вскоре святитель отправил телеграмму на имя Председателя Верховного Совета с просьбой о разрешении оперировать раненых солдат. Далее епископ был переведен в Красноярск и назначен главврачом военного госпиталя, а также консультантом всех районных военных госпиталей.

Во время работы в больнице за ним постоянно следили сотрудники КГБ, а коллеги относились к нему с подозрением и недоверием, что было связано с его вероисповедованием. Он не допускался в больничную столовую, в связи с чем нередко претерпевал голод. Некоторые медсестры, жалея святого, тайком приносили ему еду.

Освобождение

Ежедневно будущий архиепископ Крымский Лука самостоятельно приходил на железнодорожную станцию, отбирая самых тяжелобольных для проведения операций. Так продолжалось до 1943 года, пока многие церковные политзаключенные не попали под сталинскую амнистию. Будущий святой Лука был поставлен епископом Красноярским, а 28 февраля уже смог самостоятельно отслужить первую литургию.лука крымский молитвы

В 1944 году святитель был переведен в Тамбов, где вел врачебную и религиозную деятельность, восстанавливая разрушенные храмы, привлекая многих в Церковь. Его стали приглашать на различные научные конференции, но всегда просили приходить в светской одежде, на что Лука никогда не соглашался. В 1946 году святитель получил признание. Ему была вручена Сталинская премия.

Крымский период

Вскоре здоровье святителя серьезно ухудшилось, епископ Лука стал плохо видеть. Церковные власти назначили его епископом Симферопольским и Крымским. В Крыму епископ продолжает насыщенную трудами жизнь. Ведутся работы по восстановлению храмов, Лука ежедневно ведет бесплатный прием больных. В 1956 году святитель полностью ослеп. Несмотря на столь тяжелый недуг, он самоотверженно трудился на благо Церкви Христовой. Одиннадцатого июня 1961 года святитель Лука, епископ Крымский, мирно отошел к Господу в День празднования Недели Всех Святых.

Двадцатого марта 1996 г. святые мощи Луки Крымского были торжественно перенесены в Свято-Троицкий собор Симферополя. В наше время они особенно почитаются жителями Крыма, а также всеми православными христианами, просящими помощи у великого святого.

Икона «Святой Лука Крымский»

Еще при жизни многие верующие христиане, лично знакомые с этим великим человеком, ощущали его святость, которая выражалась в неподдельной доброте и искренности. Лука прожил тяжелую жизнь, полную трудов, лишений и невзгод.

Даже после преставления святого многие люди продолжали ощущать на себе его невидимую поддержку. После причисления архиепископа к лику православных святых в 1995 году икона Святого Луки непрестанно являет различные чудеса исцеления от душевных и телесных болезней.

Многие православные христиане спешат в Симферополь, чтобы приложиться к великой христианской ценности — мощам святителя Луки Крымского. Многим больным помогает икона святого Луки. Значение ее духовной силы сложно переоценить. К некоторым верующим помощь от святого приходила мгновенно, что подтверждает великое его заступничество перед Богом за людей.

Чудеса Луки Крымского

В наши дни по искренним молитвам верующих Господь посылает исцеления от многих болезней благодаря заступничеству святителя Луки. Известны и зафиксированы реальные случаи невероятных избавлений от различных заболеваний, происходивших благодаря молитве святителю. Мощи Луки Крымского источают великие чудеса.

Кроме избавления от телесных недугов святитель помогает и в духовной борьбе с различными греховными наклонностями. Некоторые верующие врачи-хирурги, глубоко почитая своего великого коллегу, по примеру святителя всегда совершают молитву перед хирургическим вмешательством, помогающую успешно оперировать даже сложных больных. По их глубокому убеждению, это помогает святой Лука Крымский. Молитва, от души обращенная к нему, способствует решению даже самых сложных проблем.

Некоторым студентам святитель Лука чудесно помогал поступить в медицинский ВУЗ, таким образом, сбывалась их заветная мечта — посвятить свою жизнь лечению людей. Кроме многочисленных исцелений от болезней святитель Лука помогает обрести веру заблудшим неверующим людям, будучи духовным наставником и молящимся о человеческих душах.лука крымский исцеления

Многие чудеса и поныне совершает великий святой епископ Лука Крымский! Исцеления получают все обращающиеся к нему за помощью. Известны случаи, когда святой помогал беременным женщинам благополучно выносить и родить здоровых детишек, находящихся в группе риска по результатам многосторонних исследований. Поистине великий святой — Лука Крымский. Молитвы, принесенные верующими перед его мощами или иконами, всегда будут услышаны.

Мощи

При открытии могилы Луки было отмечено нетление его останков. В 2002 году греческие священнослужители подарили Троицкому монастырю серебряную раку для мощей архиепископа, в которой они покоятся и в настоящее время. Святые мощи Луки Крымского благодаря молитвам верующих людей источают множество чудес и исцелений. С целью приложиться к ним люди приходят в храм постоянно.

После прославления епископа Луки в лике святых его останки были перенесены в собор Святой Троицы города Симферополя. Нередко паломники еще называют этот храм так: «Церковь святого Луки». Тем не менее, этот замечательный называется Свято-Троицким. Собор расположен по адресу город Симферополь, ул. Одесская, 12.

fb.ru

Рукоположение

7 февраля 1921 г. был рукоположен во диакона, 15 февраля — во иерея и назначен младшим священником Ташкентского кафедрального собора, оставаясь и профессором университета. В священном сане он не перестает оперировать и читать лекции. В октябре 1922 года он активно участвует в первом научном съезде врачей Туркестана.

Волна обновленчества 1923 года доходит и до Ташкента. Епископ Иннокентий (Пустынский) покинул город, не передав никому кафедру. Тогда отец Валентин вместе с протоиереем Михаилом Андреевым [3] приняли управление епархией, объединили всех оставшихся верными священников и церковных старост и устроили с разрешения ГПУ съезд.

В мае 1923 г. принял монашество с именем в честь св. апостола и евангелиста Луки, который, как известно, был не только апостол, но и врач, и художник.

Епископ Лука. 1923 год. Фотография с сайта fond.ru
Епископ Лука. 1923 год. Фотография с сайта fond.ru

Епископ Ташкентский и Туркестанский

12 мая [4] 1923 года хиротонисан тайно во епископа Ташкентского и Туркестанского в г. Пенджекенте епископом Болховским Даниилом и епископом Суздальским Василием. На хиротонии присутствовал ссыльный священник Валентин Свенцицкий.

Арест и ссылка

10 июня 1923 года был арестован как сторонник Патриарха Тихона. Ему предъявили нелепое обвинение: сношения с оренбургскими контрреволюционными казаками и связь с англичанами. В тюрьме ташкентского ГПУ он закончил свой, впоследствии ставший знаменитым, труд «Очерки гнойной хирургии».

В августе его отправили в московское ГПУ.

В Москве владыка получил разрешение жить на частной квартире. Служил с Патриархом Тихоном литургию в церкви Воскресения Христова в Кадашах. Святейший подтвердил право епископа Туркестанского Луки продолжать заниматься хирургией.

В Москве еп. Лука был снова арестован и помещен в Бутырскую, а затем в Таганскую тюрьму, где перенес тяжелый грипп. К декабрю был сформирован восточно-сибирский этап, и епископ Лука вместе с протоиереем Михаилом Андреевым были отправлены в ссылку на Енисей. Путь лежал через Тюмень, Омск, Новониколаевск (ныне Новосибирск), Красноярск. Арестантов везли в столыпинских вагонах, а последнюю часть пути до Енисейска — 400 километров — в лютую январскую стужу им пришлось преодолеть на санях. В Енисейске все оставшиеся открытыми церкви принадлежали «живоцерковникам», и епископ служил на квартире. Ему разрешили оперировать. В начале 1924 года, по свидетельству жительницы Енисейска, епископ Лука пересадил почки теленка умирающему мужчине, после чего больному стало легче. Но официально первой подобной операцией считается проведенная доктором И. И. Вороным в 1934 году пересадка почки свиньи женщине, больной уремией.

Второй арест

В марте 1924 года был вновь арестован и отправлен под конвоем в Енисейскую область, в деревню Хая на реке Чуне. В июне он снова возвращается в Енисейск, но вскоре следует высылка в Туруханск, где он служит, проповедует и оперирует.

В январе 1925 года его высылают в Плахино — глухое место на Енисее за Полярным Кругом, в апреле переводят снова в Туруханск.

Все многочисленные церкви г. Енисейска, где он жил, так же, как и церкви областного города Красноярска, были захвачены обновленцами. Епископ Лука с тремя сопровождавшими его священниками совершал литургию в своей квартире, в зале, и даже рукополагал там священников, за сотни верст приезжавших к православному архиерею.

По окончании ссылки он возвращается в Ташкент, поселяется в домике на Учительской улице и служит в церкви преподобного Сергия Радонежского.

Епископ Ташкентский и Туркестанский (повторно)

25 января 1925 года был вновь назначен на Ташкентскую и Туркестанскую кафедру.

Епископ Елецкий

С 5 октября по 11 ноября 1927 г. — епископ Елецкий, викарий Орловской епархии.

С ноября 1927 г. проживал в Красноярском крае, затем в городе Красноярске, где служил в местном храме и работал врачом в городской больнице.

Епископ Лука. Ташкент, тюрьма НКВД. 1937 год. Фотография с сайта fond.ru
Епископ Лука. Ташкент, тюрьма НКВД. 1937 год. Фотография с сайта fond.ru

Третий арест

6 мая 1930 году арестован по делу о смерти профессора медицинского факультета по кафедре физиологии Ивана Петровича Михайловского, застрелившегося в невменяемом состоянии. 15 мая 1931 года, после года тюремного заключения, был вынесен приговор (без суда): ссылка на три года в Архангельск.

В 1931-1933 годах живет в Архангельске, ведет амбулаторный прием больных. Вера Михайловна Вальнева, у которой он жил, лечила больных самодельными мазями из почвы — катаплазмами. Владыку заинтересовал новый метод лечения, и он применил его в условиях больницы, куда устроил на работу Веру Михайловну. И в последующие годы проводил многочисленные исследования в этой области.

В ноябре 1933 года владыка не принял предложение митрополита Сергия (Страгородского) занять свободную епископскую кафедру. Пробыв недолго в Крыму, владыка возвратился в Архангельск, где принимал больных, но не оперировал.

Весной 1934 года посещает Ташкент, затем переезжает в Андижан, оперирует, читает лекции. Здесь он заболевает лихорадкой папатачи, которая грозит потерей зрения, после неудачной операции он слепнет на один глаз. Он совершает церковные службы и руководит отделением ташкентского Института неотложной помощи.

В этом же году, наконец, удается издать «Очерки гнойной хирургии». «Пожалуй, нет другой такой книги, — писал кандидат медицинских наук В.А. Поляков, — которая была бы написана с таким литературным мастерством, с таким знанием хирургического дела, с такой любовью к страдавшему человеку».

Епископ Лука. Ташкент, тюрьма НКВД. 1939 год. Фотография с сайта fond.ru
Епископ Лука. Ташкент, тюрьма НКВД. 1939 год. Фотография с сайта fond.ru

Четвертый арест

13 декабря 1937 года — новый арест. В тюрьме владыку допрашивают конвейером (13 суток без сна), с требованием подписать протоколы. Он объявляет голодовку (18 суток), протоколов не подписывает. Следует новая высылка в Сибирь.

С 1937 года по 1941 жил в селе Большая Мурта Красноярской области.

Началась Великая Отечественная война. В сентябре 1941 года владыка был доставлен в Красноярск для работы в местном эвакопункте — здравоохранительном учреждении из десятков госпиталей, предназначенных для лечения раненых.

Архиепископ Красноярский

Был возведен в сан архиепископа.

27 декабря 1942 года был назначен на Красноярскую кафедру.

8 сентября 1943 года был участником Собора Русской Православной Церкви.

В конце 1943 года переезжает в г. Тамбов. Хотя зрение его начало заметно ухудшаться, но он ведет активную работу в эвакогоспиталях, выступает с докладами, читает лекции для врачей, учит их и словом и делом.

Тамбовский архиепископ

В январе 1944 г. назначен архиепископом Тамбовским и Мичуринским. Он продолжает медицинскую работу: на его попечении 150 госпиталей.

Ко времени пребывания архиеп. Луки в Тамбове относится страничка воспоминаний о нем В.А. Полякова. Он пишет:

В конце 1943 года вышло второе издание «Очерки гнойной хирургии», переработанное и увеличенное почти вдвое, а в 1944 году — книга «Поздние резекции инфицированных огнестрельных ранений суставов».

Есть сведения, что он состоял членом Академии Медицинских Наук. Впрочем, в официальных биографиях данных об этом не имеется.

Кроме трудов на медицинские темы, архиеп. Лука составил много проповедей и статей духовно-нравственного и патриотического содержания.

В 1945-1947 гг. он работал над большим богословским трудом — «Дух, душа и тело», — в котором разрабатывал вопрос о душе и духе человека, а также учение Св. Писания о сердце, как органе богопознания. Много времени уделял он и на укрепление приходской жизни. В 1945 году высказывал мысль о необходимости избрания патриарха по жребию.

В 1945-1947 годах им закончена работа над эссе «Дух, душа и тело», начатая в начале 20-х годов.

Архиепископ Симферопольский и Крымский

Свт. Лука (Войно-Ясенецкий), икона
Свт. Лука (Войно-Ясенецкий), икона

В мае 1946 года назначен архиепископом Симферопольским и Крымским.

В Симферополе он опубликовал три новые медицинские работы, но зрение его становилось все хуже. Левый глаз его уже давно не видел света, а в это время и на правом стала зреть катаракта, осложненная глаукомой.

В 1958 году архиепископ Лука совсем ослеп. Однако, как вспоминает протоиерей Евгений Воршевский, даже такой недуг не мешал владыке совершать богослужения. Архиепископ Лука входил без посторонней помощи в храм, прикладывался к иконам, читал наизусть богослужебные молитвы и Евангелие, помазывал елеем, произносил проникновенные проповеди. Ослепший архипастырь также продолжал управлять Симферопольской епархией в течение трех лет и иногда принимать больных, поражая местных врачей безошибочными диагнозами. Практическую врачебную деятельность он оставил еще в 1946 году, но продолжал помогать больным советами. Епархией же управлял до самого конца с помощью доверенных лиц. В последние годы своей жизни он только слушал, что ему читают и диктовал свои работы и письма.

Скончался 11 июня 1961 года. Похоронен на городском кладбище Симферополя.

О характере архиепископа Луки давались самые разноречивые отзывы. Говорили о его спокойствии, скромности и доброте, и в то же время, о его высокомерии, неуравновешенности, заносчивости, болезненном самолюбии. Можно думать, что человек, проживший такую долгую и трудную жизнь, до предела насыщенную самыми разнородными впечатлениями, мог проявлять себя по-разному. Вполне возможно, что его громадный авторитет в области хирургии, привычка к безусловному повиновению окружающих, особенно во время операций, создала у него нетерпимость к чужим мнениям даже в тех случаях, когда его авторитет вовсе не являлся непререкаемым. Такая нетерпимость и властность могли быть и очень тяжелы для окружающих. Словом, это был человек, с неизбежными у всякого человека недостатками, но в то же время стойкий и глубоко верующий. Достаточно было посмотреть, как проникновенно, со слезами, совершал он литургию, чтобы убедиться в этом.

Занявшись богословскими науками уже в возрасте сорока с лишним лет, архиеп. Лука, естественно, не мог достигнуть в этой области такого совершенства, как в медицине; или какого достигли некоторые другие архиереи, всю жизнь посвятившие только богословию. Он допускает промахи, иногда довольно серьезные. В его основном богословском труде «Дух, душа и тело» встречаются весьма спорные мнения, а статья «О посылке Иоанном Крестителем учеников к Господу Иисусу Христу с вопросом, Он ли Мессия», — и вообще была запрещена и не печаталась. Зато проповеди его, которым владыка придавал исключительное значение, считая их неотъемлемой частью богослужения, отличаются простотой, искренностью, непосредственностью и самобытностью.

Почитание

В ноябре 1995 г. Указом Священного Синода Украинской Православной Церкви архиепископ Лука был причислен к лику местночтимых святых. А 20 марта 1996 г. в Симферополе мощи святителя Луки были перенесены с кладбища у Всехсвятской церкви крестным ходом в Свято-Троицкий собор. Отныне каждое утро, в 7 часов, в кафедральном Свято-Троицком соборе Симферополя совершается акафист Святителю у его раки.

2 июля 1997 г. в Симферополе, городе, где святитель жил в 1946-1961 гг. ему открыт памятник.

В августе 2000 года на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви он был канонизирован для общецерковного почитания.

Множество случаев исцеления после молитвенного обращения к святителю Луке зафиксированы документально. В 2001 году из Греции привезли серебряную раку для его мощей – греки чтут крымского святителя, множество людей исцелилось там по молитвам к нему. В настоящее время на Украине, в России, Греции открыто много храмов во имя святителя Луки.

В 2018 году его имя внесено в список собора святых Архангельской митрополии [6].

Аудиозапись проповеди святителя

Слово архиепископа Луки на Преображение Господне, записанное на магнитофон 14 августа 1956 года, на даче в Алуште

Молитвословия

Тропарь, глас 1

Возвести́телю пути́ спаси́тельнаго,/ испове́дниче непоколеби́мый,/ и́стинный храни́телю оте́ческих преда́ний,/ Правосла́вия наста́вниче,/ Кры́мския земли́ архипа́стырю,/ врачу́ богому́дрый, святи́телю Луко́,/ Христа́ Спа́са непреста́нно моли́,// дарова́ти душа́м на́шим ве́лию ми́лость.

Кондак, глас той же

Я́ко звезда́ всесве́тлая,/ в нощи́ безбо́жия доброде́тельми просия́л еси́/ и, от гони́телей мно́го пострада́в,/ непоколеби́м ве́рою пребы́л еси́,/ враче́бною же му́дростию укра́шен,/ мно́гия лю́ди исцели́л еси́./ Сего́ ра́ди с любо́вию вопие́м ти́:/ ра́дуйся, добропобе́дный испове́дниче,/ ра́дуйся, о́тче святи́телю Луко́,// ра́дуйся, земли́ Ру́сския похвало́ и утвержде́ние.

Награды

Церковные:

  • право ношения креста на клобуке (февраль 1945)

Светские:

  • медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
  • Сталинская премия I степени (февраль 1946, за научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений, изложенных в научных трудах «Очерки гнойной хирургии» и «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов»).

Труды

Основные медицинские труды

  1. «Невроматозный элефантиаз лица, плексиформная неврома». «Хирургия», 1908.
  2. «О способах анестезии, наиболее удобных в земской практике». «Врачебная газета», 1908.
  3. «Случай ретроградного ущемления кишечной петли в паховой грыже». «Хирургия», 1908.
  4. «Регионарная анестезия при операциях шеи, языка и верхней челюсти». «Труды Московского хирургического общества 1909.
  5. «Регионарная анестезия». (Труды Тамбовского физиологического медицинского общества 1909 г.).
  6. «Кровяная саркома ребра». «Хирургия», 1910.
  7. «Об оперативном лечении переломов позвоночника». «Хирургия», 1910.
  8. «Отчет о хирургической работе Романовской земской больницы за 1909-1910 гг.».
  9. «О первом остром остеомиелите позвоночника». «Хирургия», 1911.
  10. «Двустороннее повреждение блуждающего нерва». «Хирургия», 1911.
  11. «Zweiter Fall von vorubergehender Erblindung nach Novocain Adrenalininjektion in Augenhohle», Zentrablatt fur Chirurgie 1911.
  12. «Отчет о хирургической работе Переяславльской земской больницы». 1911.
  13. «Litungsanasthesie des nervus ischiaticus», Zentralblatt fur Chirurgie 1912.
  14. «Отчет о хирургической работе Переяславльской земской больницы». 1912-1913 гг.
  15. «Регионарная анестезия седалищного и срединного нервов». (Труды XII съезда русских хирургов 1912 г.).
  16. «Отчет о хирургической работе Переяславльской земской больницы». 1914.
  17. «К казуистике оперативного лечения опухолей мозга». (Труды Киевского хирургического общества, 1914 г.).
  18. «Регионарная анестезия кисти руки». (Врачебная газета, 1915).
  19. «Регионарная анестезия». (Докторская диссертация), за которую присуждена премия Хайницкого. СПБ, 1915.
  20. «Кариозные процессы в реберных хрящах и их оперативное лечение». «Вестник хирургии» за 1923 г.
  21. «Uber das Unterbinden der Gefa?e bei Extirpation der Milz», Zeitschift fur Chirurgie 1923.
  22. «Артротомии при гнойных воспалениях больших суставов». «Вестник хирургии» 1924.
  23. «Топография паховых и наружных подвздошных лимфатических желез и техника оперативного удаления их.» Туркмен. медицин. журнал т. I, № 2.
  24. «Опасности способа Мамбург,а». Туркмен. медицин. журнал т. I, № 7.
  25. «Лечение гнойных воспалений катаплазмами Вальневой». (Неизвестно где напечатана. Указана в списке трудов проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого в статье В.А. Полякова). «Хирургия», 1957, № 8, с. 127-135.
  26. «Очерки гнойной хирургии». I-е издание, 1934.
  27. «Наш опыт лечения огнестрельного остеомиелита в госпиталях глубокого тыла». 1943.
  28. «Очерки гнойной хирургии». 2-е издание, 1943.
  29. «Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов». Москва, 1944.
  30. Разрез, без которого нельзя вылечить гнойный коксит». Госпитальное дело, 1944.
  31. «О раневом сепсисе». (Сборник трудов Воронежского военного округа, 1945).
  32. «О гематогенном остеомиелите». 1946-1947.
  33. «О лечении хронических эмпием плевры после огнестрельных ранений». 1947.
  34. «Патогенез и терапия мозолей». «Советская медицина» 1953, № I.
  35. «Очерки гнойной хирургии». 3-е издание, 1956.

Святитель Лука Крымский
Святитель Лука Крымский

Всего трудов печатных и на машинописи по медицине насчитывается у архиепископа Луки около шестидесяти, в том числе доклады в ученых обществах и годовые отчеты по хирургической работе.

Публицистика и богословские труды, печатные и рукописные.

  1. «Кровавый мрак фашизма». «ЖМП» 1943, № 4, с. 24, 25.
  2. «Праведный суд народа». «ЖМП» 1944, № 2, с. 26-28.
  3. «Память Святейшего Патриарха Сергия». «ЖМП» 1944, № 8, с. 17, 18.
  4. «Бог помогает народам СССР в войне против фашистских агрессоров». «ЖМП» 1944, № 4, с. 21, 22.
  5. «Слово на второй день Пасхи на литургии». «ЖПМ» 1945, № 6, с. 44-47.
  6. «Возмездие совершилось». «ЖПМ» 1946, ? I, с. 28, 29.
  7. «Слово в Великую Пятницу». «ЖМП» 1946, № 5, с. 22, 23.
  8. «К миру призвал нас Господь». «ЖМП» 1947, № I, с. 61-64 ( с портр.).
  9. «О духе, душе и теле». (120 страниц машинописи).
  10. «О любви».
  11. «О зле и страдании».
  12. «Защитим мир служением добру». «ЖМП» 1950, № 5, с. 32, 33.
  13. «Рассуждение о правде и лжи». «ЖМП» 1951, № 5, с. 8-11.
  14. «О посылке Иоанном Крестителем своих учеников к Господу Иисусу Христу с вопросом, Он ли Мессия». (Запрещена и не печаталась).
  15. «О искушении Господа диаволом в пустыни». «ЖМП» 1953, № 2, с. 37-41.
  16. «О догмате искупления». (Это сочинение послано только в Московскую духовную академию).
  17. «10 томов проповедей, в общей сложности около 4500 страниц машинописи. Прот. А. Ветелев, проф. гомилетики назвал их исключительным событием в современной церковно-богословской жизни» и «сокровищницей изъяснения Священного Писания».
  18. «Психология евреев современников Господа Иисуса Христа».
  19. «Позор».
  20. «Размышление о притче о милосердном самарянине». Рукописный том Тамбовский проповедей. Три тома симферопольских проповедей. (Машинопись).
  21. Slovo na Passii, in: ZMP 1971, 4, 40-41.
  22. Slovo v den’ Pjatidesjatnicy, in: ZMP 1971, 6, 49-50.
  23. «Ne sudite, da ne sudimy budete», Predigt, in: ZMP 1982, 4, 40.
  24. Slovo na paschal’noj vecere, in: ZMP 1977, 4, 27-28.
  25. Das Reich Gottes ist inwending in euch, in: Std0 1971, 7, 36-38.
  26. Wort zur Verklarung des Herrn, in: Std0 1971, 8, 43-44.
  27. «Ich bin der Weinstock», Predigt, in: Std0 1971, 10, 23-25.
  28. Memuary, in: Nadezda. Christianskoe ctenie, vyp. 3 (1979) 66-138.
  29. O vospitanii detej, in: Nadezda vyp. 6 (1980) 261-270.
  30. Sermon, in: Religion in Communist Lands 7 (1979) 2, 102-103.
  31. Extracts from the Spirit, the Soul and the Body, ebda 104-105.
  32. Duch, dusa i telo. Foyer Oriental Chretien, Brussel 1978, 183 S.
  33. Slovo na vtoroj den’ Svjatoj Paschi, in: ZMP 1984, 4, 29-31.

Литература

  1. «ЖМП» 1943, ? I, с. 16-17.
  2. -«- 1944, ? I, с. 11.
  3. -«- 1945, № 3, с. 9.
  4. -«- 1946, № 5, с. 15, 48-54.
  5. -«- 1948, № 6, с. 5-9.
  6. -«- 1957, № 7, с. 13.
  7. -«- 1958, № 7, с. 19.
  8. -«- 1959, № 2, с. 29.
  9. ФПС I, ? 168,с. 7.
  10. ФПС IV, с. 5.
  11. ФПС V, ? 111.
  12. ФАМ I, № 148, с. 12.
  13. «В. Св. Син. Пр. Р.Ц.» 1926, № 12-13, с. 22., 1927, № 3/16/, обн. с. 19, 20.
  14. «Автобиография архиепископа Луки», 1947.
  15. «Журнал Засед. Св. Синода» № I от I.IV.1952 г.
  16. «Русск. Прав. Церк. в Великой Отечественной войне». с. 22-23, 35-36.
  17. «Память В.Ф. Войно-Ясенецкого». Некролог. Мед. работ. № 49, от 20.VI.1961.
  18. Кандидат медицинских наук и сотрудник Центрального института травматологии и ортопедии В.А. Поляков. «Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий» (к 80-летию со дня рождения). «Журнал «Хирургия» 1957, № 8, с. 127-135.
  19. Проф. Ветелев А. «Архиепископ Лука». Некролог и фото. «ЖМП» 1961, № 8, с. 35-38.
  20. «Большая Медицинская Энциклопедия». 2-е изд. 1959, т. 5, с. 988-989.
  21. Списки архиереев 1897-1944 гг. Патриарха Алексия, с. 21.
  22. Mark Popovskij, Zizn’ i zitie Vojno-Jaseneckogo, archiepiskopa i Chirurga. Paris 1979 (YMCA-Press), 489 S.
  23. M. Popovsky, Archbishop Luka, Surgeon and Scholar, in: Religion in Communist Lands 7 (1979) 2, 97-102.
  24. E. Kimmer, Archiepiskop Luka Vojno-Jaseneckij. K 100-letiju so dnja rozdenija, in: ZMP 1977, 4, 55-63.
  25. Georgij, Ig., Pamjati archiepiskopa Simferopol’skogo i Krymskogo Luki, in: ZMP 1982, 5, 11-13.
  26. Joh. Chrysostomus, Kirchengeschichte III, 237-240.
  27. N. Struve, 162-166.
  28. A.E. Levitin-Krasnov, Die Glut deiner Hande 282.
  29. Regel’son 531 (1923 Haft), 544 (1927 Haft). 187.
  30. J. Lawrence, Dukh, dusha i telo (Rez.), in: Religion in Communist Lands 8 (1980) 4, 306-307.
  31. Slovo v den’ vos’midsesjatiletija Archiep. Luki, in: Vest. russ. chr. dv. 66/67 (1962) 40-45.
  32. EB Michail (Cub), Predigten des Erzbischofs Luka, in: Std0 1972, 2, 56-63.
  33. Erzbischof Lukas (Wojno-Jassenezki) zum 100. Geburtstag, in: Std0 1977, 10, 9-13.
  34. D. Pospielovsky, The Russian Chrich 183, 200, 203, 206, 208-210, 216.
  35. Журнал «Православный паломник» №3.2004г.

Использованные материалы

  • «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века. Составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). Май». Тверь. 2007. С. 272-386 (материал использован частично)
    • http://www.fond.ru/index.php?menu_id=370&menu_parent_id=0&pe…453
  • БД ПСТГУ «Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви XX века» (материал использован частично)
    • http://www.pstbi.ru/bin/db.exe/no_dbpath/koi/nm/?HYZ9EJxGHox…mY*
  • Страницы сайта Русское Православие:
    • http://www.ortho-rus.ru/cgi-bin/ps_file.cgi?2_1828
    • http://www.ortho-rus.ru/cgi-bin/ps_file.cgi?1_3778
  • Страница календаря портала Православие.ру:
    • http://days.pravoslavie.ru/Life/life6701.htm
  • «Служба святителю Луке, архиепископу Симферопольскому и Крымскому» на Официальном сайте Издательства Московской Патриархии:
    • http://nbt.rop.ru/?q=texts/sluzhba/313 (молитвословия)

drevo-info.ru

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий родился 27 апреля 1877 года в Керчи. Отец его был дворянского происхождения, однако семья давно обеднела, и Феликс Станиславович держал в городе аптеку и тем зарабатывал себе на жизнь. Он исповедовал католическую веру. Святитель писал, что отец его «был человеком удивительно чистой души, ни в ком не видел ничего дурного, всем доверял…». Мать – Мария Дмитриевна, глубоко верующая женщина, пятерых детей воспитывала в Православии.

Гимназист Валентин Войно-Ясенецкий

В 1889 году Войно-Ясенецкие покинули Керчь, недолгое время жили в Херсоне и Кишиневе, потом выбрали местом жительства Киев.

Валентин окончил Вторую Киевскую гимназию, потом Киевскую художественную школу, он с детства хорошо рисовал. Сначала юноша решил стать живописцем, готовился к экзаменам в Петербургскую академию художеств, но, увлекшись учением Л.Н. Толстого, решил, что может быть более полезен людям на другом поприще. Он написал Толстому в Ясную Поляну, прося разрешения приехать, но не получил ответа. Позднее вышла книга Толстого «В чем моя вера?», которую Валентин гневно отверг как ересь. Юноша не изменил своему желанию выбрать путь служения народу.

После периода сомнений и исканий в 1898 году Валентин Войно-Ясенецкий поступил на медицинский факультет, чтобы «быть полезным для крестьян, так плохо обеспеченных медицинской помощью». Он отлично учился, особенно преуспевал в анатомии, и сокурсники предсказывали ему профессорское звание. Однако после блестяще сданных выпускных экзаменов и получения диплома с отличием Войно-Ясенецкий решил стать земским врачом.

Еще до этого он отправился работать в военный госпиталь Киевского Красного Креста в Чите – шла Русско-японская война. Там он приобрел первый опыт в практической хирургии, а по окончании работы женился на сестре милосердия госпиталя Анне Васильевне Ланской, с которой познакомился еще в Киевском военном госпитале. Глубоко верующая супруга разделяла его желание быть «мужицким врачом» и помогала ему в работе.

По приглашению одного из раненых офицеров в 1904 году Войно-Ясенецкие отправились в Симбирскую губернию, и Валентин Феликсович начал работать в земской больнице города Ардатова. Однако из-за высокой требовательности молодого хирурга к медицинскому персоналу ему пришлось поменять место работы, и в 1905 году Валентин Феликсович переехал в село Верхний Любаж в Курской губернии, чтобы возглавить небольшую участковую больницу. Он работал и хирургом, и акушером-гинекологом, и педиатром, боролся с эпидемиями. Проявлял большое упорство и самоотдачу, хирургическое мастерство его росло, и вскоре слава об успешных глазных операциях молодого хирурга разнеслась не только по всей Курской губернии, но и по всем соседним.

Как писал он сам, чрезмерная слава заставила его переместиться в 1907 году в Фатежскую больницу, где был стационар на 60 кроватей и отделение хирургии, где он мог оказать помощь большему числу больных. В эти годы, несмотря на страшную занятость, он находил время следить за научной литературой, в том числе на иностранных языках, выписывал много книг и журналов. Особенно его интересовали проблемы обезболивания операций – эта область еще была недостаточно разработана.

В 1908 году молодой хирург поступил в экстер-натуру Московского Императорского университета при хирургической клинике профессора П.И. Дьяконова. В семье в это время уже было двое детей – сын Михаил и дочь Елена. Прожить вчетвером в Москве было трудно, и Анна Васильевна с детьми отправилась к родным, а Валентин Феликсович занялся исследованиями в клинике. Профессор Дьяконов предложил молодому хирургу продолжать поиски новых методов обезболивания, которые позднее были названы регионарной анестезией. Исследования продвигались успешно, но пришлось на время оставить их, чтобы обеспечить семью.

В 1909 году Валентин Феликсович принял приглашение возглавить земскую больницу в селе Романовка Балашовского уезда Саратовской губернии, где кроме жалованья главному врачу полагался отпуск для научной работы.

Ездить из Саратовской губернии в Москву было очень дорого, к тому же в семье родился третий ребенок – сын Алексей, доходы были скромными, и семья решила перебраться поближе к столице, в Переславль-Залесской, где в земской больнице открылась вакансия главного врача.

В Переславле-Залесском Валентин Феликсович проработал шесть с половиной лет, возглавлял, кроме земской, городскую и фабричную больницы, а во время войны – и военный госпиталь. Здесь в 1913 году родился младший сын Валентин.

В эти годы В.Ф. Войно-Ясенецкий отработал и впервые в России применил новые методы регионарной анестезии во время операций на разных органах. Ежегодно он проводил более тысяч операций, продолжая исследования по регионарной анестезии и гнойной хирургии, также очень его интересовавшей. Свой опыт он решил обобщить в книге «Очерки гнойной хирургии», и когда составил план этой книги и написал предисловие к ней, у него появилась мысль, что к окончанию работы на ней будет стоять имя епископа.

В конце 1915 года В.Ф. Войно-Ясенецкий представил в ученый совет Московского Императорского университета в качестве докторской диссертации свой труд «Регионарная анестезия», обобщающий опыт десяти лет исследований и хирургической практики. Диссертация была опубликована отдельной книгой,

Варшавский университет удостоил эту работу золотой медали и премии имени Хойницкого «за лучшие сочинения, пролагающие новый путь в медицине».

Миша и Валентин Войно-Ясенецкие в Переславле-Залесском

В 1916 году хирург Войно-Ясенецкий блестяще защитил докторскую диссертацию и стал доктором медицинских наук, который впервые в России и в мире разработал новые методы регионарной анестезии.

В начале 1917 года в семье случилось несчастье – заболела туберкулезом Анна Васильевна. Супруги решили перебраться в место с более теплым климатом. Валентин Феликсович получил должность главного врача и главного хирурга Ташкентской городской больницы в феврале 1917 года, и весной семья переехала в Ташкент. Однако пришло время беспорядков, голода. В Ташкенте в 1919 году вспыхнуло восстание Туркестанского полка против большевиков, с Валентином Феликсовичем хотели расправиться по ложному обвинению, но потом отпустили. Это произвело такое тяжелое впечатление на его ослабленную болезнью жену, что она вскоре скончалась.

Начались гонения на Православную Церковь, до Ташкента докатилась волна обновленчества. Во время «суда» над епископом Ташкентским и Туркменским Валентин Феликсович выступил с горячей речью в его защиту. После заседания епископ сказал молодому врачу, что ему надо стать священником, и доктор тут же согласился. В праздник Сретения Господня в 1921 году он был рукоположен во иерея епископом Иннокентием и стал протоиереем Валентином.

После смерти жены с сыновьями Валентином и Михаилом в Ташкенте

Он продолжал врачебную и преподавательскую деятельность, читал лекции на медицинском факультете в рясе, с крестом на груди, перед операцией всегда молился и осенял пациента крестом.

Весной 1923 года епископ Иннокентий возвел Войно-Ясенецкого в епископский сан и совершил тайный постриг его в монашество с именем Луки.

Менее чем через три недели после своей первой архиерейской службы, 10 июня 1923 года, епископ Лука был арестован. По милости Божией его детей на воспитание взяла Софья Сергеевна Белецкая, вдова, заменившая им мать. В тюремной камере епископ Лука написал завещание своей пастве, призывая оставаться верными Православию.

В тюрьме епископ Лука закончил последнюю главу книги «Очерки гнойной хирургии», на титульном листе он написал: «Епископ Лука», и вспомнил Божие предсказание об этой книге.

Ташкентские власти приговорили епископа к ссылке, но для утверждения дела направили арестованного в Москву. Там епископ Лука увиделся с Патриархом Тихоном и служил вместе с ним.

24 июля 1923 года его посадили в Бутырскую тюрьму. Святитель подал заявление с просьбой разрешить ему лечить больных, в чем ему было отказано, так что он вынужден был ограничиться помощью сокамерникам. Перед отправкой в лагеря заключенных переводили в Таганскую тюрьму, где святитель, шедший пешком через всю Москву и простудившийся, тяжело заболел.

В конце ноября осужденный отправился в арестантском вагоне в восточносибирскую ссылку по этапу. В сильный мороз 18 января 1924 года группа ссыльных арестантов прибыла в Енисейск. Святитель жил на частной квартире, оказывал врачебную помощь больным и тайно проводил богослужения, объявив себя, согласно указанию Патриарха Тихона, единственно законным епископом Красноярским и Енисейским. Популярность и смелые действия епископа Луки привели к тому, что весной 1924 года он был арестован и выслан под конвоем в деревушку Хая, состоявшую из восьми дворов, затерянную в тайге. 5 июня 1924 года святитель вернулся в Енисейск, но в августе ему запретили богослужения и снова выслали в Туруханск.

Ташкентская городская больница

Святитель продолжил работать в местной больнице. Однако по доносу в ноябре ему запретили служить и проповедовать, а также оперировать в рясе. Епископ-хирург написал заявление об увольнении из Туруханской больницы. Здравотдел края вступился за ссыльного, но в декабре на него было заведено новое уголовное дело. Уполномоченный ГПУ вызвал его из больницы и сообщил, что он должен немедленно уехать в ссылку на Ледовитый океан и на сборы дается полчаса. В станке Плахино, состоящем из пяти изб, он жил в комнате, где вместо рам были снаружи приложены плоские льдины. В начале марта 1925 года ссылка на Ледовитый океан в Плахино преждевременно закончилась. Жители Туруханска устроили бунт после того, как в городской больнице погиб пациент. Туруханское начальство поспешило вернуть епископа-хирурга обратно.

Он продолжил свою работу врача, а в воскресные и праздничные дни служил и проповедовал в церкви, что стало поводом для нового ареста и обвинения в антисоветской деятельности.

И снова ссылка – из Туруханска в Красноярск.

В январе 1926 года епископ Лука вернулся из Красноярска в Ташкент, где он наконец встретился с детьми, стал работать в больнице и служить в церкви.

Однако протоиерей Андреев сумел восстановить против него Патриаршего Местоблюстителя Сергия и тот прислал предписание отправиться в Курскую область викарием, потом – в город Елец викарием

Орловского епископа, а после – в Ижевск. Митрополит Новгородский Арсений посоветовал святителю подать прошение об увольнении на покой. Епископ Лука, измученный ссылками и тюрьмами, последовал его совету в 1927 году, но позднее считал этот путь греховным.

23 апреля 1930 года В.Ф. Войно-Ясенецкого снова арестовали по сфабрикованному обвинению по делу профессора И.П. Михайловского, а на допросах потребовали отречения от священного сана. Тогда святитель объявил голодовку протеста. Епископ Лука голодал 40 дней, но это не возымело действия на работников ГПУ.

В марте 1931 года, узнав, что в Москве «Медгиз» приступил к изданию его книги «Очерки гнойной хирургии», святитель обратился к начальнику Секретного отдела ГПУ с просьбой дать ему возможность работать над книгой. В ответ начальник отдела вынес резолюцию: «Срочно отправить к месту ссылки».

Владыка попал в Котлас, в лагерь Макариха – один из самых страшных лагерей сталинского режима, где работал в лагерной больнице. В Макарихе свирепствовал сыпной тиф, и многих тогда спасли благословенные руки епископа Луки, его острый ум и христолюбивое сердце.

Затем последовала ссылка в Архангельск, во время которой святитель Лука диагностировал у себя опухоль, оказавшуюся доброкачественной, и обратился с просьбой к начальнику секретного отдела поехать для операции в Москву, но его направили в Ленинград.

В Ленинграде святитель встретился с митрополитом, а потом отправился в монастырский храм, где во время чтения Евангелия пережил мистическое откровение, воспринятое им как напоминание Господа об оставленном им пути служения.

Епископ Лука со своей паствой в Ташкенте

По возвращении в Архангельск его стали снова убеждать отречься от священного сана, обещали освободить и дать кафедру в Москве. Святитель отвечал, что сана епископа никогда не снимет.

В конце 1933 года его наконец освободили. Святитель снова попал в Ташкент и стал работать консультантом в Андижанской больнице. В августе 1934 года пришлось ехать в Москву для серьезного лечения глаза, были сделаны две операции, но произошла катастрофа поезда, в котором ехал сын Михаил. Святитель, не окончив лечение, отправился в Ленинград, чтобы помочь ему, и это привело к потери зрения левого глаза.

Осенью 1934 года вышла в свет книга святителя «Очерки гнойной хирургии», которая получила высокие оценки видных советских ученых, став путеводной нитью для врачей на много поколений вперед.

В 1935–1936 годы он жил в Ташкенте относительно спокойно, но душа его тосковала по церковному служению.

Когда же наступил 1937 год, вера его подверглась новым испытаниям, в которых святитель устоял. 23 июля 1937 года – снова арест. К нему дважды применяли пытку конвейером по 13 суток, у него начались галлюцинации, но он твердо отвечал следователям, что советская власть является его врагом постольку, поскольку она гонит Православную Церковь.

В областной тюрьме в очень тяжелых условиях он пробыл около восьми месяцев, продолжая помогать больным. Несмотря на пытки и допросы, нужных признаний от него не добились. Дело направили в Москву в Особое совещание.

13 февраля 1940 года НКВД принял постановление «сослать В.Ф. Войно-Ясенецкого в Красноярский край сроком на пять лет». В селе Большая Мурта, около 130 верст от Красноярска, он бедствовал без постоянной квартиры, еле ходил от слабости из-за плохого питания.

Когда началась война, епископ Лука сразу послал телеграмму на имя председателя Президиума Верховного Совета М.И. Калинина с просьбой прервать ссылку и направить его в госпиталь, так как он может оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, а по окончании войны выражал готовность вернуться в ссылку.

В июле в Большую Мурту был направлен главный хирург Красноярского края, который перевез святителя в Красноярск, где он проработал главным хирургом эвакогоспиталя 15–15 два года.

В 1942 году святителю разрешили поехать в Иркутск на совещание главных хирургов, где коллеги ему «устроили настоящий триумф», ведь в эти тяжелые годы он сделал несколько новых открытий. В 1943 году Священный Синод приравнял его лечение раненых к доблестному архиерейскому служению и возвел его в сан архиепископа, назначил архиепископом Красноярским.

В 1944 году святитель был назначен на Тамбовскую кафедру и переехал в Тамбов. Как главный хирург больницы, он курировал около 150 госпиталей, при этом находил время и силы принимать на дому тех, кто приехал к нему из дальних деревень за много километров.

В декабре архиепископ-хирург был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов», а в феврале 1946 года Патриарх всея Руси Алексий наградил святителя правом ношения бриллиантового креста на клобуке, высшей архиерейской наградой.

2 декабря 1946 года профессор Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий за научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений был награжден Сталинской премией I степени. В 1946 году вышло второе издание «Очерков гнойной хирургии», восторженно встреченное медицинской общественностью.

В мае 1946 года архиепископ Лука был переведен в Крымскую епархию. В послевоенном Крыму его ждали неустроенность быта, нищета местного населения и множество сект. Но он мужественно продолжал свое служение, стараясь навести порядок в епархии.

Владыка Лука окончательно потерял зрение и мог передвигаться только с помощью близких

В это время зрение святителя Луки катастрофически ухудшилось. Он обращался для лечения в Институт глазных болезней в Москве, оперировался у Филатова, но это не дало положительного результата.

Поскольку ему запретили заниматься медицинской деятельностью в рясе, а снять ее он категорически отказался, его перестали приглашать для чтения докладов и лекций по медицине. Святитель посвятил почти все свое время благовестию Евангелия и ежедневно проповедовал в кафедральном соборе города Симферополя и приходских церквах.

Вопреки совету Патриарха Алексия архиепископ Лука не оставил медицину и занялся переизданием «Очерков гнойной хирургии» и «Регионарной анестезии».

Владыка Лука (в центре) после богослужения в одном из храмов Крыма

В 1954 году началась крупномасштабная атеистическая пропаганда. Полуслепой архиепископ продолжал проповедовать слово Божие. Доносы на него сыпались в местные органы МГБ.

В 1955 году владыка потерял зрение. Он передвигался ощупью, ощупью подписывал бумаги. Уже не в состоянии оперировать, он благословлял пациентов и исцелял своей верой и благодатью Святого Духа.

Осенью 1956 года вышло 3-е издание «Очерков гнойной хирургии».

27 апреля 1957 года, в день 80-летия владыки, прошли торжественные службы во всех храмах Крыма, а патриарх поздравил его теплой телеграммой и прислал икону святителя Алексия.

11 июня 1961 года архиепископ Лука отошел к Господу. Его похоронили на маленьком церковном кладбище, куда долгие годы приходили люди в надежде исцеления и нередко получали его.

22 ноября 1995 года архиепископ Симферопольский и Крымский Лука был причислен к лику святых Православной Церкви. Его мощи в ночь с 17 на 18 марта 1996 года были перенесены в кафедральный Свято-Троицкий собор. Прославление святителя Крымского Луки состоялось 24–25 мая 1996 года в Симферопольской и Крымской епархии.

Дни его памяти – 11 июня и 18 марта. В акафисте, где он назван «всех врачей наставниче», поется:

«Силою Благодати Божия, еще во временней жизни приял еси дар, святе Луко, недуги целити, да еси, усердно притекающие к тебе, исцеления недугов телесных и, наипаче, душевных сподобляются, вопиюще Богу: Аллилуия…»

Перенесение мощей святителя Луки,1996 г.

librolife.ru


Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.